Сны о драконах. Танец неба.

Когда ты поднимаешься насколько высоко, что можно задеть низкие облака крылом, а ветер, ласковый и теплый, в высоте превращается в рвущий и метающий всё живое, что попадает в его лапы, ты ощущаешь всю силу и величие мира, где ты рождён. Серебристо-небесного цвета дракона взмах за взмахом рассекая ветер крыльями, неслась между небом и землёй. Солнце пробивалось местами сквозь облака и играло в каплях дождя, мерно падающего с небес, неся к земле влагу и жизнь для всего, что живо водами мира. В этот прекрасный момент мне нестерпимо хотелось с кем-то поделиться тем изумительным видом и настроением, что играло в мне, но никого не было рядом. Ни души не было в небе кроме меня, а внизу раскинулись бесконечные поля и река, что таинственным узором темным серебром легла на просторы. Присмотревшись вдаль, в потоке дождя, падающего с небес, я заметила, необычный блеск. Это мерцали искорки солнца на падающих каплях, но всё было похоже на то, как сияет лёд на вершинах гор в ясный день. Это сияние так завораживало, что у меня перехватило дыхание, когда в следующий миг, огоньки взмахнули крыльями и развернув хвост и лапы рванулись ко мне всей своей сущностью. Взмах за взмахом мы летели навстречу друг другу и уже не было страха в сердце перед неизведанным. Я впервые видела такое захватывающее чудо небес, хотя сама никогда не переставала удивляться, много лет покоряя это царство ветра и погоды. Мы почти уткнулись в друг друга, когда я вывернулась и скользнула под пролетевшего надо мной дракона, а он прошёл надо мной, обдав чешую и мою мордочку холодными капельками воды от чего я закрыла глаза, а когда открыла их вновь, уже потеряла из виду пролетевшее создание. Ещё раз сморгнув я начала разворачиваться, и мой глаз вновь поймал это странное действо, происходящее над моей головой, обретающее образ дракона прямо из воздуха, из капель воды, что собираются в облаках. Следующие мгновения я продолжала лететь не сводя с него глаз, а дракон из капель дождя, словно играя со мной, летел параллельно, взмахивая крыльями в такт моим взмахам. Переборов любопытством страх перед невиданным никогда ранее, я резко поддалась к нему, в надежде напугать, но, вместо того чтобы уклониться, он так же резко рванул ко мне. В какой-то момент я ожидала удара, но лишь почувствовала, что мои лапки погружены в воду, которой, когда ко мне вернулось сознание, оказались его лапки. Да. Мы держали друг друга лапами, и мы летели. Дракон повис на мне вниз головой и продолжал махать тончайшими, состоящими из струек воды, крыльями, словно моё отражение. Я не чувствовала ни его веса, ни взмахов его крыльев. Он был словно пушинка в моих лапах, но вода из которой он состоял, немного обжигала холодом, словно была ледяной как ключевая. Дракон улыбался мне своей полупрозрачной мордочкой, сквозь которую были видны маленькие потоки, создающие образ. В его глазах я читала неподдельно детское счастье игры и радость от встречи, словно ты встретил давнего друга, с которым вас разделяли много горизонтов и много лет. Хотелось спросить его, но я не могла сказать ни слова, от нахлынувших на меня эмоций. Я не пыталась вырваться и мои лапки уже привыкли к холоду его объятий, но в голову пришла мысль, лететь вверх, и, повинуясь мысли, крылья начали хватать воздух, вознося меня и дракона ввысь. Я смотрела туда, вверх, куда несли меня крылья, но в какой-то момент почувствовала, как его холодненькие лапки нежно коснулись меня, обняв, и он сам прижался ко мне, обдавая миллионами холодных капелек, которые сейчас мерцали в лучах солнца. Крылья остановились, будто обледенев, и, потеряв опору, мы оба начали падение вниз. Я всё так же смотрела в высь, куда уносился блистающий огоньками на свету шлейф из капелек, а дракон продолжал прижимался ко мне, обнимая и даря даже в момент падения, ощущение чего-то родного, что успокаивает и ласкает душу. Мы падали вместе, и, всё что я слышала, был гул ветра. Дракон словно растворялся во мне, обтекая и покрывая чешуйку за чешуйкой. Я почувствовала язычком холодную дождевую воду и в этот момент крылья словно сами взмахнули и ударили воздух с хлопком рассеивая брызги. Дракона рядом не стало. Он опал каплями воды на землю, как и должен был упасть дождь. Я лишь оставила с собой тот вкус небесной воды и ощущение прилипших капелек на крыльях и чешуе, что приносило сейчас ощущение свежести и чувство, что он всё ещё со мной. Спускаясь к земле, я ни о чем не думала. Словно он смыл с меня все мои страхи, плохие мысли, заполнив меня спокойствием и радостью в душе. Давно это было. В детстве, когда о небе могли быть только мечты, я сидела под проливным дождём и, щурясь на солнце, тщетно пыталась увидеть того, кто так щедро поливает всё каплями воды. У меня была мечта встретить это создание и обязательно попросить у него полить землю водой, чтобы расцвели цветы, реки наполнились до самых берегов, птицы купались в лужицах, а лес, около которого я жила, наполнился ароматами грибов и запахами хвои, ягод, прения. Я благодарна ему, встретившемуся на моём пути и давшему веру, что даже самые безумные мечты могут сбыться. Драконы, верьте и летайте высоко в поисках своей мечты.

Сны о драконах. Весенняя находка

Ясный солнечный день. Ветер, словно издевается обдувая то спереди то сбоку, трепеща моим крылом. Я иду по каменистому склону холма осторожно шаг за шагом, и камни под моими лапами порой отдаются скрежетом. Идти приходится медленно, постоянно выбирая куда ступить. Запах такой приятный. Запах свежести и влажного воздуха вперемешку с запревшей травой, запах распускающейся листвы и тепла от нагретых камней. Да. Как бы то ни было странно я чувствовал такой запах. Ниже по склону рос редкий лес, в основном состоявший из елей и кустов, выше по склону он переходил в заросли кустарника, размахивающий ветками при порывах, постепенно растворявшегося и пока не покрывшегося листвой, который превращался в поросшую сухой травой поляну, а затем и вообще переходя в каменистый наст. Внизу в лесу из за деревьев вышел какой-то зверь, но постояв и посмотрев на куда-то вдаль, а может и на меня, он скрылся в тени. Временами пролетали постоянно щебечущие и чирикающие птички, что рассекали воздух туда и обратно в поисках зазевавшейся еды. Некоторые из них копались в прошлогодней траве и взлетали при моём приближении. Все это я мог видеть посмотрев вниз со склона, где я был остановлен этой красотой, запахами и ощущением пришедшей в эти края весны. Если повернуть мордочку в другую сторону, то каменистый склон уходил вверх, превращаясь в скалу невысокой горы, откуда всё больше веяло холодом, нежели весенним теплом как от склона.

Я прошёл дальше вдоль скалы, пока холм передо мной не стал круто спускаться вниз, не оставляя другого пути как повернуть налево, туда вверх по холму и идти к скале, которая так же обрывалась и уходила вниз. Пока я взбирался вверх по холму, я постоянно раскрыл крылья, помогая взмахами держать равновесие и страхуя себя от падения, так как камни, по которым я шёл, скатывались из под моих лап. Ближе к скале ветер утих. Здесь я решил пролететь обрыв и посмотреть, что находится на другой стороне скалы, которая отсюда, казалась тёмной. Я ещё раз посомотрел в сторону леса и кустарника, оставшихся внизу, взглянул на поля, уходящие вдаль к лесу или упираясь в такие же каменистые склоны. Прислушавшись к ветру и не услышав в нём нотки очередного порыва, я оттолкнулся от каменистого наста и раскрыл крылья. Позади послышался стук камней, покатившихся из под лап, и шум ветра в ушах.

В полёте сразу обдало холодом и я поспешил на теневую часть склона. Подлетая я увидел, что та часть склона покрыта снегом и от неё то и веяло прохладой и сыростью. Поднявшись выше я приземлился на склоне, но удалось это не с первого раза. Пару раз я соскальзывал и приходилось оттолкнувшись, снова лететь и искать место. Мне повезло. Я нашёл присыпанный снегом камень и приземлился, просто вцепившись в него, и ещё долго махая крыльями и боясь оборваться вместе с ним. Усевшись и упёршись в него задними лапами я набрал мокрого снега, сколько его было на склоне и слепил из него снежные шарики, взяв их в охапку, а ещё два в зубы. Те что были в зубах в тот же момент рассыпались, оставив после себя талую и очень холодную воду во рту. С этими ощущениями я с снегом в лапах полетел выше. Там выше был уступ, выходивший как раз над ровным склоном, так же покрытым снегом. Разложив на уступе мои трофеи, я взял один из них и ещё раз смяв его в лапах, отпустил вниз. Скатываясь комок снега, собирал мокрый снег со склона, превращаясь в большой ком, но потом распадался и уже многими маленькими комочками продолжал пусть вниз, пока совсем не рассыпался в снег или не застревал в нём. Я взял второй шарик снега и пустил его вниз, затем третий но они так же рассыпались, редко скатываясь достаточно долго, чтобы можно было полюбоваться этим. Снег быстро закончился и я, понимая, что искать здесь более нечего, взглянул ещё раз на просторы передо мной, где виднелись такие же горы, порой походившие на высокие холмы, и раскинувшиеся между горами поляны. Заметил вереницу из деревьев, поросших вдоль изогнувшейся змеёй речки. Вдохнув ещё раз сырой и холодный воздух я с неохотой оторвался от уступа, на котором сидел и продолжил свой путь к месту, которое я вчера нашёл.

Этим местом оказалось здание, в котором не было окон, а только двери. Оно было невзрачным, но внутри мне понравилось. И вот сейчас приземлившись у самого входа, я вошёл в здание. Внутри оно представляло собой холл в несколько этажей высотой и местами прозрачной крышей, через которую падал свет. Во все стороны от холла было много комнат, почти все из которых имели прозрачные стены и двери. В комнатах, а некоторые я уже обошёл, было столько интересного, что я в них проводил время до самого заходи солнца, перерывая всё подряд и ища что-нибудь стоящее. Комнаты верхних этажей выходили на широкие и длинные, расположенные вдоль всей стены, балконы, которые свисали перилами над залом, так что можно было легко ходить из комнаты в комнату.

Сейчас я хотел отдохнуть и в пару взмахов, уцепляясь за балкон залез на него и нашёл место потемнее. В комнате рядом я обнаружил кучу тряпок, что висели плотно друг к другу и набрав охапку я вынес их на балкон, постелив найденное, как смог, на пыльный пол. Одну тряпку всё же взял и просунул в неё шею, чтобы было теплее. Улегшись на импровизированную кровать я уснул, думая о том, что в этом замке осталось ещё очень много всего непонятного, но очень интересного.

Сны о драконах. Игры

В том сне я видел поляну, расположенную от небольшой речки, возле которой порос кустарник, и переходящую в перелесок, как я понял по ощущениям. Была облачная погода и немого прохладно, но главное, какая атмосфера творилась на поляне. Писк, крики, рычание, азарт игры, что только не было на этой полянке, на которой, несмотря на её достаточно большие размеры, было видно, что она обжита, так как местами виднелись проплешины в траве, скудно украшавшей землю и ближе к лесу виднелись попытки вырыть что-то вроде ямы или пещеры. На поляне и над ней были драконята, при том одного цвета, какого-то тёмно-серого, грудка и крылья которых были светлые с синевой. Всё походило на один большой выводок. Но главное, как я уже сказал, на этой поляне была атмосфера игры, увлёкшей собой восьмерых драконят, которых, правда, могло быть и больше. Они гонялись за друг другом в воздухе, и главное в игре было поймать другого не попавшись самому на когти, поэтому стоял такой шквал эмоций и звуков, что можно было оглохнуть. Летали хвост в хвост друг за другом, пытаясь зацепить и по возможности ещё бросить на землю, чтобы тебя после такого тебя самого ещё не догнали. Драконята выделывали немыслимые пируэты, падали, полежав вскакивали, резко поворачиваясь и озираясь, в попытке словить кого-то в прыжке или поднявшись на задние лапы. А прыгали они замечательно и летали не очень высоко от земли. Казалось они не умеют летать, поэтому и не поднимаются высоко, но по тому, что они выворачивались, как только могли во время преследования друг друга, говорило о другом. Прыгали они поджимая крылья и в прыжке разворачивая их, набирая высоту пару метров. Уставшие драконята старались держаться на краях поляны на приличном расстоянии, посматривая на других и ожидая хорошего момента, чтобы рвануть и ухватить ещё не успевших отдохнуть друзей. Когда кто-то летел к ним, они вставали на задние лапы, всем видом показывая, что сейчас будут прыгать и ловить в воздухе. Такое даже было не раз, когда вот так лапами в прыжке один вылавливал другого, и они оба продолжали путь к земле, поднимая пыль при падении. Тяжело дыша они, поднимались после падения, и особенно тяжело было пойманному, так как к падению добавлялось падение в глазах остальных, которое проходило как и боль от падения. Был даже случай, когда гоняясь друг за другом один цепляет другого в воздухе, летя на перехват и второй падает на землю с приличной высоты прямо в кусты, поросшие к речки. Сначала упавший трепыхается на кустах, но как-то неудачно проваливается ещё глубже между веток и оказывается подвешенным. Пытается уцепиться лапами, но они соскальзывают, зубами так же не получается подтянуться и начинает сначала издавать грозные звуки, которые потом превращаются в писк, пищать начинают другие драконята подошедшие и смотрящие на неудавшегося альпиниста в кустарнике. Через какое-то время в пару взмахов одолев расстояние от сени больших деревьев на противоположной части поляны, прямо на том, месте где сидят драконята и смотрят на своего сверстника, застрявшего в зарослях, приземляется дракон побольше их. Драконята прижимаются к земле и замолкают, но с места не двигаются, несмотря на то, что большой дракон приземлился лапами прямо посреди их. Большой дракон, понимающе раздвигает куст, позволяя маленькому выбраться самому из такой переделки. При этом и у большого дракона, как и у всех сверстников маленького, собравшихся рядом, чувствуется понимание. Сначала всё тихо, а потом один цепляет другого и начинается снова игра. Большой же дракон уходит к остальным всё к тем же деревьям, откуда они наблюдают за резвящимися драконятами.

Крылья

Стихотворение Аметиста Аррстара:

Крыло… Крыло? Откуда крылья?
Ведь не умею даже им взмахнуть.
Я думал были раньше крылья,
А получив, от счастья не вздохнуть.
Махнул крылом, впервые в жизни.
И ветер ринулся вперед,
Взмахнул еще, ценнее жизни
Услышать ветер как поет.
Смогу летать? Давай проверим
Взмахнул еще и рьяным зверем
На встречу звёздам полетел,
Но только вот, летать мы не умеем,
И сон прогнал привычный рокот дел.

Мечты дракона

Иногда вспоминаю.

Утро. Этот запах свежести и ароматы, раскрывающихся после ночного сна, цветов. Капельки росы блестят на листьях и травинках в лучах утреннего солнца. Где-то там, вдали, расстилается одеялом туман. Так приятно и свежо. И ты всему этому раскрываешь крылья и, пролетев пару десятков метров, падаешь в изумрудные россыпи утреней росы.

Лежишь, втягивая в себя аромат влажной земли и чувствуя, как росинки стекают по твоей мордочке. Слизываешь очередную и приподнявшись озираешься, вдруг кто увидит, что ты здесь играешься… Никого не найдя глазами, переворачиваешься на крылья и лежа смотришь на небо, сквозь свисающие над мордочкой травинки, понимая, что ни за что бы на свете не променял бы это утро в изумрудной от зелени росе на такую же гору драгоценных камней.

Закрываешь глаза.

Закрываешь глаза… Открываешь.

Ты лежишь, укутавшись в одеяло. Мечты.

Гррр, проурчишь про себя. Затем, открыв лапкой дверь, просовываешь вперёд заспанную мордочку. Ты появляешься на крыльце, нехотя теряя тепло ночи. Раскрываешь крылья весеннему солнцу, лапками тянешься вверх, словно пытаясь обнять его, чтобы согреться. Вдруг чувствуешь, как по крылу начинает свой путь струйка воды. Поднимаешь глаза вверх и видишь, как второй поток капелек, стекающих с крыши, прорезает свой путь по твоему крылу вслед за первым. Поворачиваешься, чтобы поймать эти серебряные нити, и получаешь охапкой рыхлого, талого снега всё с той же крыши, поскольку, повернувшись, сотряс крылом стену дома. Смотришь на капли воды, собирающиеся на расправленной лапке. Поднимаешь взгляд, которому предстаёт мир. Мир, оживающий вновь, после долгой зимы.

Закрываешь от тепла и солнца глаза и…

Закрываешь от тепла и солнца глаза и открываешь их вновь.

Перед тобой огонь. Огонь и треск полыхающих поленьев в печи. “Когда же кончится эта зима” – задаешь вопрос самому себе и вновь щуришься от тепла пламени.
Выходишь на улицу и направляешься к поленнице, чтоб принести дров. На обратном пути останавливаешься на пороге, поднимаешь взгляд, и крылья сами собой раскрываются. Так хочется согреть это оледеневшее солнце, чтоб оно наконец-то проснулось и, разбудив все своими лучами, дало вновь возможность всему миру ожить.
Складываешь свою ношу у порога и направляешься к небольшому кусту, что растёт неподалёку от дома. Идёшь еле-еле, проваливаясь в снег практически по колени. Добравшись, осматриваешь обледенелые ветки дерева. Они словно в алмазной оболочке. Словно разумная зима специально укрыла их самой прочной на свете защитой – алмазом, чтобы, когда станет тепло, достаточно тепло, куст смог сбросить с себя драгоценную защиту и ожить вновь, как это было уже не один год.
Чувствую что замерзаю и, попытавшись развернутся, проваливаюсь в снег по самые крылья, так что только мордочка торчит из него. Глупо – думаю про себя. Пытаюсь разрывать снег лапками, да не очень то получается, и я повисаю на крыльях. Но, замерзнув, я, наконец, выбираюсь на поверхность и как стрела, схватив по дороге пару поленьев, скрываюсь в доме, поближе к теплу и печи. Закинув в топку паления, смеюсь. Просто, глупо там получилось, в снегу. Глупо все-таки.
Подставляю расправленные крылья согревающему свету пламени и мысли все мои о тёплых днях. И, кажется, пригревшись, я засыпаю.

Слышу журчание реки, которое…

Слышу журчание реки и шелест опадающей листвы.

Осень. После обеда меня, быть может, тут пригрело и погрузило в мечтания и сон.

Приподнимаюсь, сбрасывая с себя золотое одеяло из опавшей листвы. Подхожу к воде и смотрю на свое качающееся отражение. Знакомая мордочка улыбается в ответ с поверхности заводи, но почему-то грустно.
В это время с дерева срывается ещё один лист и, исполняя свой последний танец, ложится на поверхности воды прямо мне на нос. Опустив передние лапки в воду, я вынимаю его, рассматриваю, собравшиеся в нём капельки, и сожалею, как мне кажется, о его смерти. А может и о том, что природа словно умирает к зиме и я с ней сейчас прощаюсь.
Ложусь и кладу этот лист себе на мордочку, втягивая его запах. Запах угасающих сил природы. Угасающих, не чтобы потом умереть, а чтоб возродиться весной. И хочется в это верить.
Вдыхаю глубже запах от листика, что лежит у меня на мордочке, и вспоминаю сон. Хотя, может быть, и не сон… Мне часто такое грезится. Не знаю даже почему.

Закрываю глаза, видя…

Закрываю глаза. Тяжёлый вздох.

Темнота… Снова свет. Снова темнота.

Мысли.

Я забыл… В грёзах я забыл главное.
Всё. Всё. Все, все, всё.
Всё это всего лишь мечты.

Мечта

Еще один стих Reding’а на вольную тему 🙂

Мечта

Человека в себе обманув,
Я однажды летать научусь –
Два крыла за спиной распахну
И уже никогда не вернусь.

Я оставлю тоску и печаль,
Целый ворох ненужных забот –
И в бескрайнюю синюю даль
Устремлю свой беспечный полет.

Я не стану жалеть о земле,
Я не вспомню о старых обидах,
Пусть растает в забвения мгле
Все что я не успел и не видел.

Вспоминая прошедшие годы,
Я не буду скучать и страдать –
Для того ли нужна мне свобода,
Чтобы снова ее потерять?

Я отправлюсь в полет на рассвете,
Чтобы солнечный луч обогнать –
Я почувствую крыльями ветер,
И смогу с облаками играть.

Я живу только этой мечтой,
Постоянной и несокрушимой.
Пусть сочтет ее кто-то смешной,
Или попросту невыполнимой –

Я крылатым однажды проснусь…
Одного не желаю принять –
Что, когда я летать научусь,
Больше не о чем будет мечтать.

Крылья любви (Венок сонетов)

Венок сонетов- поэма из пятнадцати сонетов, последний из которых – магистральный, т.е. основной: каждая его строка представляет собой первую  строку всех предшествующих ему сонетов; каждый из сонетов начинается с   соответствующей строки магистрала и заканчивается следующей по счету  строкой магистрала.
Энциклопедическая справка.

Reding: Если быть честным, то сначала я написал несколько обычных сонетов, но обнаружив, что количество их растет, решил собрать в венок. 🙂

Крылья любви
(Венок сонетов)

I

Пылает в сердце яростный огонь,
В полете их – секрет непостижимый,
И каждый жест, и каждый взмах крылом
Наполнен грацией неуловимой.

Драконы – воплощенье красоты,
Волшебные и дивные созданья…
Мне скажут – это только лишь мечты,
Пустые эфемерные желанья,

Но, в серых буднях яркий свет спасая,
Я жизнь дракона в сердце сохраню,
Среди людей драконов узнавая –
По в их глазах горящему огню.

И будет мир прекрасней и светлей,
Пока живет дракон в душе людей.

II

Пока живет дракон в душе людей.
Они еще умеют верить в счастье,
Они еще способны стать добрей,
И пережить житейское ненастье.

И если нужно – отдадут себя,
Укрыв других от роковой угрозы
А после, над потерею скорбя,
Прольют дожди серебряные слезы.

Но пусть не плачут те, кто был спасен,
Забыв про все за бравурным трезвоном –
Путь только лишь запомнят, что дракон
Необязательно рождается драконом

В любом такой отыщется дракон –
Достаточно поверить в этот сон,

III

Достаточно поверить в этот сон –
В любовь и веру тех, кто нас полюбит.
Когда любовь двоих для них закон,
Он ради счастья соблюдаться будет.

В любви и вере кроется секрет,
Извечные загадки мирозданья –
Откуда вдруг во тьме берется свет,
И как родится истина в познанье.

И вера в суть дракона нас ведет
К единственному верному решенью –
Нас всех от одиночества спасет
Сердец и наших душ объединенье.

Ступай, ищи драконов средь людей –
И сразу станешь ты стократ сильней.

IV

И сразу станешь ты стократ сильней,
Когда любовь тебя наполнит силой,
Когда сумеешь сделать для своей
Любимой все, что бы ни попросила.

Лишь о драконах все мои мечты,
И ты мои мечтанья разделяешь,
Но ты моей не видишь красоты,
И ты моей любви не понимаешь.

Прекрасная и дивная дракона,
Ты в глубине души таишь снега,
А я – как и любой другой влюбленный –
Готов валяться у тебя в ногах.

Но, точно зная, что надежды нет –
Я не зову тебя встречать рассвет.

V

Я не зову тебя встречать рассвет
Среди высоких чистых облаков,
И не прошу тебя мне дать ответ –
Я сам еще к ответу не готов.

Я не стремлюсь тобою завладеть,
И даже не могу мечтать об этом,
Я только лишь хочу тебя воспеть
Всем сердцем и умением поэта.

Еще живет в душе моей дракон,
Еще живет – и беззаветно любит –
Любви его безжалостный огонь
Меня, быть может, вскорости погубит.

Пусть я хочу твоим драконом быть –
Мне сердца твоего не покорить.

VI

Мне сердца твоего не покорить.
Пусть мимо пролетят века, как годы,
Тебя мне никогда не позабыть,
Не вырваться из плена на свободу.

Ты не поверишь в вечную любовь
И бескорыстье глупого дракона,
С тревогой ожидая вновь и вновь
Известья об ошибке Купидона.

И мне тебя понять немудрено,
Я тоже ошибался – и жестоко,
Но больно видеть мне, что и со мной –
Ты так невероятно одинока.

Пусть у тебя ко мне доверья нет –
Я лишь прошу тебя поверить в свет.

VII

Я лишь прошу тебя поверить в свет,
Который могут приносить драконы,
И в том, что оставляет вечный след
Поступок добрый, нами совершенный.

И если ты добро несешь другим –
Без принужденья, ненависти, мести –
Наверняка рассеется как дым
Все зло с его свершающими вместе.

И миру в дар из сердца глубины
Преподнесешь любовь свою и веру
И пред лицом начавшейся весны,
Забудешь злую зиму, как химеру.

Поверь в свое умение любить,
Поверь, что ты драконом можешь быть.

VIII
Поверь, что ты драконом можешь быть,
Уверуй, ни на миг не усомнившись –
Без этого ты не сумеешь жить,
От горя и тоски освободившись.

И лишь поняв, что ты уже дракон –
Иди освобождать чужие души,
Так злобы и насилья Вавилон
С тобой вдвоем сумеем мы разрушить.

Мы небеса сумеем покорить –
Нас ввысь уносят сладостные грезы,
Мы будем в бесконечном счастье жить,
Забыв печали прежние и грозы.

Пусть внешне нам драконами не стать –
Поверь в свое умение летать.

IX
Поверь в свое умение летать.
Освободи свой разум от оков.
Ведь лишь в полете можем мы познать,
В чем вымысел и правда наших снов.

И страсть полета, сладостную дрожь,
Поймешь, как и любой дракон на свете,
Когда однажды крыльями взмахнешь,
Поймав в бескрайнем синем небе ветер.

И снова поднимаясь в синеву,
Про сумрачную землю забывая,
Я чувствую, что лишь тогда живу,
Когда драконом в небесах летаю.

Под облака восторженно взлети,
Ревущий ветер в крыльях ощути.

X

Ревущий ветер в крыльях ощути,
Себя не помня, в высоте несись –
Ты за возможность крылья обрести,
Готов отдать всю остальную жизнь.

Но быть драконом – непосильный труд.
Лишь знание, что ты не одинок,
Спасает нашей силы изумруд
И нашей хрупкой красоты цветок.

Дракон всегда прекрасен и велик,
И этот образ в сердце сохраняя,
Мы жизнь всю – и каждый ее миг –
В себе дракона жизнью утверждаем.

И если лучше ты захочешь стать –
В себе дракона нужно увидать.

XI

В себе дракона нужно увидать,
И подарить тому, кого ты любишь –
И все на свете за любовь отдать,
Захочешь ты, когда драконом будешь.

В любви реальность места не найдет,
Изогнанная сладкими мечтами,
Но в сон любовь сама к тебе придет,
Осыпав мир души своей цветами.

И ты в ответ цветы своей души
Подаришь в ослепительном забвеньи,
В пути к любви мечтая даже жизнь,
Отдать за счастья несколько мгновений.

И это счастье в дар преподнести,
Найдя любовь свою в конце пути

XII
Найдя любовь свою в конце пути,
Не потеряй ее в пути обратном,
Ты можешь ее больше не найти,
Забыв о ней навек и безвозвратно.

Судьба ведь не предопределена –
Построй ее из собственных мечтаний,
Пускай всегда меняется она
В зависимости от твоих желаний.

Почувствуй силу изменять судьбу
И вновь пойми, что значит – быть драконом,
На мелких неприятностей гурьбу
Напрасных не растрачивая стонов.

Твоя судьба как океан безбрежна –
Пускай в душе всегда живет надежда.

XIII
Пускай в душе всегда живет надежда,
Что ты рожден, чтобы драконом быть,
И никакой безжалостный невежда,
Насмешками ее не истребит.

Ты будешь мир собою изменять,
Ты будешь создавать миры мечтами,
И в долгих снах по воздуху летать,
Взрезая небо дивными крылами

Посмейся над насмешками толпы,
Но только не выказывай презренья –
Не забывай, что ты в конце тропы,
И должен остальным нести прозренье.

И как закон запомни неизбежный,
Что станет мир прекраснее, чем прежде.

XIV
Что станет мир прекраснее, чем прежде,
Попробуй раз и навсегда понять,
Представь себе, что этот мир – одежда,
Которую ты можешь поменять.

Твоя судьба – сплетенье судеб мира,
А в каждом шаге – мирозданья суть,
И лишь поэта золотая лира
Тебе укажет в жизни верный путь.

Ты в этих строках обретаешь знанье,
Что делать и зачем ты был рожден –
Ведь не спроста приходит пониманье,
Что ты не только человек, но и дракон…

И о полете не забыть тот дивный сон –
Пылает в сердце яростный огонь,

XV
(Магистрал)

Пылает в сердце яростный огонь,
Пока живет дракон в душе людей.
Достаточно поверить в этот сон –
И сразу станешь ты стократ сильней.

Я не зову тебя встречать рассвет,
Мне сердца твоего не покорить –
Я лишь прошу тебя поверить в свет,
Поверь, что ты драконом можешь быть.

Поверь в свое умение летать
Ревущий ветер в крыльях ощути
В себе дракона нужно увидать,
Найдя любовь свою в конце пути.

Пускай в душе всегда живет надежда,
Что станет мир прекраснее, чем прежде.

Никогда не умирала в своих снах, тем более драконом

Сны порой приходят к нам в очень странной форме. То ли они подсказывают нам, то ли рассказывают ответы на вопросы, которые мы сами пока не знаем.
Вот такой сон SilverDragon видела однажды.

Зима, чистое небо, яркое солнце. Я иду в школу.
На самом деле моя первая школа (№ 762) выглядит по-другому, но такой она мне уже снилась. Обычное прямоугольное бело-голубое здание, этажа, наверное, в четыре, вход больше напоминает дверь в подвал, за дверью – маленький тёмный подъезд, как в некоторых жилых домах.
Я опоздала к началу урока. Захожу в класс – он небольшой, из парт только та, что служит учительским столом, перед ним стоят два ряда низких детских стульев (всего штук 14), на стенах развешаны яркие картинки (как будто в кабинете у детского врача). Почти все места заняты. Ученики – мои ровесники, сидят, у каждого на коленях раскрытая тетрадь. Я тоже беру тетрадь и сажусь на свободное место на втором ряду. Это был первый класс, хотя уровень знаний и требований соответствовал моему…
Наступила перемена. Теперь я нахожусь в коридоре, который выглядит так, как реальные коридоры в моей первой школе. Какой-то парень, высокий, немного кавказской внешности, начал надо мной издеваться – грубо прикалываться, обзываться и т.д. У меня началась истерика, я заплакала и побежала по лестнице вниз. Он некоторое время бежал за мной, но быстро бросил это занятие. А я увидела парня, поднимающегося мне навстречу, он был мне знаком – то ли одноклассник, то ли из параллели. Я схватила его за руку и потянула за собой, но через пару ступеней отпустила и побежала дальше.
Забежала на какой-то этаж (все они выглядят в принципе одинаково), по правую руку в конце коридора было окно почти во всю стену, а перед ним с обоих сторон несущие колонны, как бы выпирающие из стены. Я спряталась между окном и правой колонной. Вскоре мой знакомый поднялся на этаж, поискал меня в другом конце коридора, потом устроился напротив за другой колонной и начал успокаивать меня. Но только словами… Он не пытался меня обнять, только говорил… Говорил, что всё – ерунда, что мне нужно научиться не обращать на это внимания, что, может быть, я ему просто нравлюсь. И хотя он вёл себя, как мой лучший друг, он казался очень далёким, даже незнакомым мне человеком, которому просто было жаль меня. Я хотела возразить его словам, выплеснуть всё, что было на душе, закричать. Но слёзы отняли все силы, поэтому я молчала…
А парень этот был красив своей несколько необычной красотой. С меня ростом (примерно 163 см), спортивного телосложения (но не гора мышц), он имел светлые глаза, носил прямые волосы до плеч, которые были золотого цвета. Именно золотого, а не светло-русого.
Потом мы с ним оказались на улице перед моей школой, такой, какая она на самом деле. Казалось, будто наступила ранняя весна: снега стало меньше. Начался урок физкультуры, из школы вышли несколько учеников (среди которых были некоторые мои одногруппники), а учительницей была моя настоящая учительница из второй школы (№ 1955) только с длинными до плеч и светлыми волосами. Ребята играли в бадминтон и т.д…
Наступила ночь. В школьных окнах загорелся свет. Все, кто были на физкультуре, я и мой знакомый парень просто стояли и смотрели на звёздное небо.
Вдруг слева начали падать метеориты, оставляя за собой длинный огненный хвост. Он падали как будто из одной точки, направляясь к горизонту, но резко меняли траекторию и падали на крышу школы. Потом – яркая вспышка, и на крыше появился пылающий огненный дракон, как мне сначала показалось, с несколькими головами.
Я тоже становлюсь драконом, серебряным, сравнительно небольших размеров. Мы начинаем драться. Вскоре я понимаю, что мой соперник очень сильный магический дракон, состоящий из четырёх стихий. Он дышит воздухом, внутри него вода, его плоть пылает огнём, а насчёт земли я не запомнила. Чтобы победить его тоже нужны четыре стихии. Думаю: «Я тоже дышу воздухом, но также я дышу и огнём, внутри меня вода, а вот земля…» В драке я переместилась так, чтобы спиной лежать на земле. Извалявшись в песке и грязи, я снова бросаюсь на противника. Но наши силы были равны, и мы очень быстро вымотали друг друга. Огненный дракон схватил меня и разорвал напополам поперёк, где-то в районе талии, после чего он сам упал замертво.
Последнее, что я увидела: на асфальтированной площадке перед школой лежит кровавое месиво – части моего тело и труп моего соперника, чья чешуя уже не пылает огнём, она стала тёмно-красной, почти чёрной… А небо, тем временем, стало светлеть…

Быть драконом

Когда-то, в самом начале, когда всё начинается, когда зарождается в тебе дракон, SilverDragon написала:

Что для меня быть драконом?
Это необыкновенное чувство, когда хранишь в своей душе могущественное, мудрое, прекрасное и удивительное существо. Как жаль, что я не могу выпустить его на свободу, дать ему расправить свои огромные крылья и наблюдать этот мир с высоты драконьего полёта!
Но я могу чувствовать дракона по ночам, летать и быть свободной в своих снах…

Да пусть будет так.